Владимир Семенов: «Закон для граждан, а не для галочки»

7 марта 2012 г.
 
 
 
Законодательное Собрание Карелии с первых же шагов нового депутатского состава уверенно превращается в реальную площадку политических дебатов. Прокомментировать первые месяцы работы пятого созыва мы попросили Председателя Законодательного Собрания Владимира Семенова.
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 

 

– Владимир Николаевич, на первые же заседания карельского парламента были вынесены очень сложные и противоречивые вопросы. Как вы оцениваете работу нового созыва?

 
– Вы знаете, пока рано выставлять оценки. Идет взаимная притирка депутатов, фракций, групп. Оценка сил, распределение ролей. Настоящая работа еще не начиналась, поверьте. Однако вы должны согласиться со мною, что в Законодательном Собрании стало интереснее: появилась реальная политическая конкуренция, столкновение идей. Истина, как известно, рождается в спорах.
 
– На последней сессии Законодательное Собрание не было приняло предложение группы депутатов о внесении изменений в Конституцию Карелии. Эти изменения предполагали возвращение в Конституцию норм, позволяющих парламенту более плотно контролировать работу Правительства, участвовать в назначении министров, требовать от них отчета. Почему же законодатели отказались от этого?
 
– Я глубоко убежден, что конституционное законодательство – это не та сфера, где нужно спешить, принимать скоропалительные решения. То же самое вам скажет любой человек, имеющий управленческий опыт. Чем крупнее предприятие, тем труднее провести в нем перемены.
 
Представьте: в море на полном ходу идет большой лайнер. Чтобы отвернуть с курса хотя бы на три градуса, ему нужно описать кривую в несколько километров. Или груженый товарный состав, несущийся по рельсам. Даже если машинист включит все тормозные системы, состав пролетит еще десять километров до полной остановки. Большие системы инерционны. А Конституция – это регулятор такой большой системы, как целый регион, наша Карелия. Потому она и называется – Основной закон.
 
Если эти изменения нужны, то мы будем обсуждать и рассматривать их очень тщательно и внимательно, без всякой спешки.
 
– Как раз в этом и упрекают парламент политические наблюдатели в СМИ. Когда изменить Конституцию «под себя» потребовал Глава республики, прошлым созывом это было сделано моментально, без всяких споров и рассуждений. Теперь же обратное изменение требует времени и тщательного подхода. Где логика?
 
– Что ж, даже если кто-то когда-то поторопился и сделал ошибку, то это не означает, что мы теперь должны эту ошибку повторять. Кроме того, нам еще никто убедительно не доказал, что то решение было таким уж ошибочным.
 
Если мы ищем логику, то позволю себе напомнить, что конституционные нормы, позволявшие парламенту контролировать Правительство, действовали в Карелии не один десяток лет – в том числе весь период работы прежнего Главы республики. И что – это кому-то в чем-то помогло? Кому-то было лучше? Законодательное Собрание этими нормами не пользовалось. Самое интересное, что те политики, которые всячески ругают период Катанандова, сегодня как раз и требуют возвращения конституционных норм, действовавших в тот период! Где логика? Где смысл?..
 
Вопрос изменения Конституции нуждается, по-моему, как минимум в серьезном объективном анализе. А то так и будем туда-сюда Основной закон менять на потеху всей стране и своим избирателям.
 
– Владимир Николаевич, среди резонансных законов депутаты, наконец, приняли закон о региональном материнском капитале. Вернее будет сказать, о нашей, карельской добавке к федеральному материнскому капиталу. Этот законопроект вызвал много споров еще в прошлом созыве Законодательного Собрания. Удалось ли привести разные мнения к некому единому знаменателю?
 
– Действительно, было даже несколько законопроектов на эту тему, и дискуссии в основном шли о размере региональной выплаты за рождение ребенка и о тех целях, на которые может быть эта сумма потрачена семьей. В итоге был принят законопроект, предусматривающий выплату в размере 100 тысяч рублей при рождении женщиной третьего ребенка, причем израсходовать эти деньги она сможет исключительно на улучшение жилищных условий.
 
– Вы поддержали этот законопроект?
 
– Поддержал, но, откровенно говоря, с тяжелым сердцем. Объясню, почему.
 
Сами понимаете, что такое сегодня сумма в сто тысяч рублей. Едва ли она сможет оказать серьезное влияние на благосостояние семьи с тремя детьми. Так мало того – мы еще и строго определяем цели, на которые ее можно израсходовать: только на улучшение жилищных условий. Ну давайте честно скажем самим себе: какое жилье можно приобрести, например, в Петрозаводске на эти деньги? Два с половиной квадратных метра. В районах чуть больше, но тоже крохи. Мы же, извиняюсь, не про место на кладбище говорим, а про жилье.
 
А может быть, мама, родившая третьего малыша, сочтет нужным детскую одежду своим детям купить на эти деньги, коляски, велосипеды, наконец? Почему надо это запрещать? А если семья вообще не нуждается в улучшении жилищных условий – ну, скажем, получила хорошую квартиру в наследство от родителей? Выходит, такие семьи вообще не смогут воспользоваться этой нашей добавкой.
 
Все, наверное, читали недавнюю статью Владимира Владимировича Путина, в которой он говорил о приоритетах социальной и демографической политики. Вы видите, как на высшем государственном уровне остро ставится именно демографическая проблема, вопрос сохранения и преумножения населения, народа. Наука говорит: для развития общества нужно в среднем 2,6 ребенка на статистическую семью. Это значит, что мы должны на руках носить женщину, которая решается родить третьего ребенка! Должны эффективно помочь ей, реально поддержать. А мы эту поддержку обставляем такими ограничениями: на это можно тратить, на это нельзя.
 
– Насколько известно, в основе заложенных в закон ограничений лежит позиция Министерства финансов Карелии, которое возражало против расширения сферы применения этих средств?
 
– Ну и что? Я считаю, что по таким вопросам нам можно и нужно спорить с минфином. У финансистов своя позиция, продиктованная своими соображениями. Но, например, на промышленном предприятии ведь не главный бухгалтер определяет политику и стратегию развития – для этого есть управляющий и собственник. Точно так же и в государственном устройстве. Нас, депутатов, избрал народ, чтобы мы представляли его интересы. Поэтому нам и решать, что и как делать. А минфин – это исполнительный орган, который должен распределить средства бюджета в соответствии с нашим решением. Такова нормальная логика отношений между ветвями власти, и мне хотелось бы, чтобы мы работали в рамках этой логики.
 
Голосуя за этот вариант закона, я исходил из простого соображения: лучше принять не совсем хороший закон, но побыстрее. Чтобы люди уже могли начать им пользоваться. Но нам надо и дальше этот закон улучшать и совершенствовать. Мы должны дать многодетным мамам законодательный инструмент, за который они скажут нам спасибо. Именно поэтому в ближайшем будущем я буду предлагать коллегам-депутатам еще поработать над этим, чтобы сделать закон для граждан, а не для «галочки».